Рубрика: Статьи

В Мюнхен, на Олимпиаду-72, я прилетел в качестве массажиста сборной команды СССР по баскетболу.
Год назад мы выиграли чемпионат Европы в Эссене (ФРГ). Столь сильной команды у нас, по-моему, еще никогда не было. Ребята  чувствовали это изнутри — по игровым связям, по возможностям каждого.
То была эра двух великих Беловых — Сергея и Александра. Рядом с этими двумя солистами играли самобытные Иван Едешко, Алжан Жармухамедов и Анатолий Мышкин; реактивные грузинские мастера Михаил Коркия и Зураб Саканделидзе и расцветшие в такой компании «столбы» Александр Болошев и Владимир Ткаченко не только были аккомпаниаторами, но и сами творили чудеса.
Готовились все к Олимпиаде самозабвенно и доигрались-таки до бредовых мыслей о том, что не так, мол, уж и страшны эти в большинстве своем черные парни, выступающие под звездно-полосатым американским флагом. Впрочем, вряд ли кому-то из нас возможность выигрыша у американцев казалась реальной. Однако уверенность в том, что мы сможем убедительнее, чем Хрущев, показать не без основания зазнавшимся янки «кузькину мать», созрела в каждом.
Я по образованию тренер по баскетболу, поэтому предвкушал это зрелище как гурман любимое блюдо.
Кроме баскетбола на меня, как и на других Олимпиадах, повесили еще греблю на байдарках и каноэ и мужской гандбол. Выступающие в этих видах ребята (а их было около шестидесяти), конечно же, не баскетболисты, но мелкими их никак не назовешь, поэтому дел у меня впереди было выше крыши.  
Предварительные игры гандболистов проводились в маленьких городках, в Мюнхен же мы возвращались около часа ночи. Олимпийская столовая работала допоздна, так что можно было поужинать, однако спать всегда хотелось сильнее, чем есть. Я принимал душ и, уже лежа в постели, съедал припасенные с обеда два банана, запивал их двумя стаканами минералки, выключал свет и закрывал глаза.
В стенках нашего желудка есть рецепторы, которые реагируют на его объем, «включая» или «выключая» чувство голода, вечно отвлекающее нас от более важных, чем еда, дел. Нужно было успеть заснуть прежде, чем обманутый желудок снова начнет возмущаться. Но чувство голода не может соперничать с желанием спать, в тумане сна оно растворяется, как боль при анестезии. Я засыпал мгновенно. Успевал только напомнить себе: завтра нужно снова встать в 5 утра, чтобы вместе с гребцами отправиться на канал. Но это — завтра, а сейчас — четыре часа блаженства…
Для тренировок на воде нам — из особой любви к Стране Советов — выделили время с 6 утра. В олимпийской команде около 30 гребцов. Я успеваю «обработать» лишь остро нуждающихся в моей помощи.
С канала возвращаемся в Олимпийскую деревню, где меня уже ждут баскетбольные гулливеры. Это моя команда. Каждого я «знаю насквозь», и для меня не вопрос, кому что, сколько, когда и как надо массировать. Баскетболисты еще не начинали играть, «трясет» же перед первой игрой чаще всего тех ребят, которые не знают, выпустят их на площадку или нет. Им надо помогать, причем каждому по-своему.
Но вот спровадил я баскетболистов на тренировку, а сам с гандболистами — на очередную игру. И так по 18—20 часов в день с тремя перерывами по 30 минут на завтрак, обед и ужин.
На одной из предварительных игр по ручному мячу капитан нашей команды Юрий Климов получил тяжелую травму. Между коленом соперника и бедренной костью Юрия, как между молотом и наковальней, попала головка четырехглавой мышцы. В результате — множественный надрыв мышечных волокон, обширная внутренняя гематома.
Возвращались в деревню молча, обдумывая варианты игры без Климова. В команде — тоска: еще предварительные игры не кончились, а наша команда уже без капитана. А ведь вокруг него вертелась вся наша тактика…
Оркестр классных исполнителей, конечно же, и без дирижера может сыграть, но не так, чтобы «ах!». А пробиться в олимпийский финал очень и очень хочется…
Последняя надежда на возвращение Климова на площадку рухнула, когда консилиум спортивных врачей наших команд во главе с легендарной Зоей Сергеевной Мироновой, директором Центрального института травматологии и ортопедии, вынес свой приговор. Основными клиентами ЦИТО в те годы были Госкомспорт, Госцирк и Большой театр. Авторитет же Зои Сергеевны был в советской спортивной травматологии непререкаем.
«Может быть, попробовать массаж?» — попытался надавить на нее  тренер гандбольной сборной Анатолий Евтушенко. «В данном случае массаж категорически противопоказан, играть в Мюнхене Климов больше не сможет!» — подвела черту Зоя Сергеевна.
Я же придерживался другого мнения, поскольку в моей практике уже был подобный случай. В 1970 году в Осло ко мне обратился за помощью финский хоккеист, получивший такую же травму. И мне удалось вернуть его на лед. На заключительном банкете руководитель финской делегации вручил мне ценный подарок, воздал должное моему профессионализму и поблагодарил руководство нашей команды за то, что оно позволило мне помочь финну. Это явилось откровением для наших начальников, которые на самом-то деле запретили мне тратить драгоценное время на финна. Когда же под аплодисменты всех команд, с подарком в руках я возвращался за свой столик, их красноречивые взгляды яснее ясного говорили о том, что за этим последует.
И я действительно был вызван на ковер, несмотря на то, что работал с финном ночью, когда наши хоккеисты спали, да и советской сборной помог, так как по ходу турнира нам необходима была победа финнов над шведами. Но никто не принял это в расчет. Я был осужден, получив при этом гарантию, что впредь никуда дальше Конотопа и Жмеринки не уеду.
А подарок бдительная советская таможня экспроприировала. Его стоимость превышала сумму полученных мной в Осло суточных, а это в 70-м году было «не положено». А вот опыт, приобретенный в Осло,  мне удалось пронести через таможню и привезти сюда, в Мюнхен…
Я сказал Юре, что хочу поработать с ним. Гематому ему откачали, так почему не попробовать?
— Ты что, не слышал, что Зоя сказала?
— А чем ты рискуешь? Это я получу клизму, тебе же терять нечего — твой приговор известен!
— Да зачем тебе эта головная боль?
— А зачем я вообще езжу на Олимпиады?..
Раньше, когда по советскому ТВ Олимпийские игры не показывали, я мечтал о том, чтобы своими глазами увидеть на Олимпиаде баскетбольный матч СССР — США. В те годы каждый советский человек, как Колумб, жил  мечтой открыть для себя дальние страны. А нас и в ближние-то не пускали…   Но что сейчас заставляет меня лезть в олимпийскую мясорубку, если я, уже побывав в 45 странах (в половине из них многократно), могу у себя дома по спутниковым каналам трех телевизоров в режиме on-line наблюдать за тем, что происходит на очередной Олимпиаде? Не гроши же за каторжный труд и не хамское отношение «больших начальников», которые в силу своей совковой инертности и сегодня считают, что массажист должен быть счастлив уж тем, что едет на Олимпиаду.
Поступать так меня подталкивает опасение, что пропадет мой труд, вложенный в многолетнюю подготовку спортсменов к Олимпиаде. К тому же я убежден, что никто лучше, чем я, не поможет моим подопечным реализовать себя на Олимпиаде. Да и как не ехать, если друзья рассказывают тебе, что известнейший тренер ходил на самый верх и доказывал, что я необходим на Олимпиаде…
Климов же твердит мне про «головную боль»… Да именно за ней я и езжу, как закоренелый мазохист. А из Мюнхена я должен увезти крупицы опыта, причем больше, чем из Осло, чтобы было с чем ехать в 76-м в Монреаль. Я и между Олимпиадами не скучаю, но Олимпийские игры для меня — это и экстрим, и предел востребованности.
Короче, Юру я убедил. Теперь предстояло решить ряд конкретных проблем. Я не имел права тратить на Климова свое время, поскольку оно принадлежало тем, кто оставался в строю…
В нашем распоряжении были две ночи и полтора часа моего дневного личного времени. Ночью я должен был по 20 минут массировать Юру через каждые 40 минут сна. Но как я смогу вовремя просыпаться, если при таком дефиците сна я не то что будильник, а и выстрел из пушки не услышу? К тому же мы должны были все это делать тайно, иначе бы нас с Юрой в 24 часа выслали в Москву…
В конце концов, я нашел выход. Отыскал у ребят ручные часы с будильником и привязал их полотенцем к виску. На руке они были еле слышны, а прижатые к виску грохотали, как отбойный молоток.
Трудно было, проснувшись в очередной раз, сразу же  сконцентрироваться на Юриных и на моих собственных ощущениях. Нужно ведь было не тупо мять пораженную мышцу, а постоянно массировать ее, не переходя за ту грань, за которой легкая боль становится сильной, и отвоевывая у нее миллиметр за миллиметром…
Юра вернулся на площадку Мюнхена, а четыре года спустя, в Монреале, стал олимпийским чемпионом.
…По мере приближения к финалу все напряженнее становилась моя работа с баскетболистами, а сил у меня оставалось уже совсем мало. На каждой Олимпиаде, почувствовав, что наступает такой момент, я вспоминал, через что прошли наши спортсмены, чтобы попасть сюда. Видел, как на «первой воде» гребцы скалывали лед с кистей рук, чтобы разжать наконец пальцы и выпустить весло, как марафонец выжимал кровь из носков, слышал, с каким звуком лопались сухожилия у штангиста… У меня в массажной этим ребятам не нужно было «делать лицо» и сдерживать слезы. Они оставляли там свою боль… Мне же эти воспоминания всегда помогали справиться с усталостью и дотерпеть до конца.
Если теория Дарвина верна, то, наверное, именно умение терпеть сделало из обезьяны человека. Немощен и жалок homo sapiens без этого качества…
Не потому ли спорт так привлекателен, думаю я, что он напоминает людям о  той борьбе за выживание, которую они вели в достопамятные времена? Теперь же  человечество именно в спорте продолжает символически подтверждать свою способность выжить на этой земле.  
…Наши баскетболисты вышли в финал, где им предстояло встретиться с бессменными олимпийскими чемпионами — национальной командой США.
Мой труд не пропал — в награду я получил этот финал! Все болельщики со стажем до сих пор помнят последние три секунды того матча, когда Саша Белов после филигранного паса Ивана Едешко (из-за лицевой линии через всю площадку) забросил в корзину американцев победный мяч. Вот им и «кузькина мать»! Трудно передать, что творилось тогда в наших душах. Все бегали по площадке с безумными глазами, а я сидел на скамейке запасных и смотрел на табло, где рядом с победным для нас счетом светилась единица. Оказывается, одна секунда осталась недоигранной. В этот момент американцы бросились к судейскому столу, а я подумал, что они требуют  продлить матч еще на секунду. Что ж, согласно теории, можно, наверное, и за секунду забросить один мяч. Но оказалось, что американцы подали протест на результат матча.
В этой суматохе ко мне подошел массажист американской команды и протянул свой брючный ремень (его брюки были подпоясаны бинтом). Перед игрой я, поспорив с ним, предложил: «Пусть тот, чья команда проиграет, отдаст свой брючный ремень». «Почему именно ремень?» — спросил он. «Потому, что без ремня брюки на твоем животе не удержатся», — рассмеялся я. «О своих брюках подумай», — разгневанно отозвался он.
Сейчас же мой коллега выглядел удрученным. «Из-за твоих ребят я могу остаться не только без штанов, но и без работы», — пробурчал он.
Мы ушли в раздевалку, а апелляционная комиссия судейской коллегии вместе с представителями Международной федерации баскетбола удалилась рассматривать протест американцев. Несколько часов мы маялись в раздевалке, ожидая ее решения, и, не дождавшись, уехали в Олимпийскую деревню. В холодильниках стояли водка и икра, но никто к ним не притронулся: вдруг завтра придется переигрывать матч с американцами? Спать никто не мог, все слонялись из комнаты в комнату. И только поздней ночью нам позвонил начальник управления спортивных игр Валентин Сыч. «Ребята, — воскликнул он. — Мы чемпионы! Протест американцев отклонен!»
Думали пить до утра, но после двух-трех тостов я заснул, сидя в кресле. Проснулся от боли в шее. Все спали, — кто где, — видимо, тоже быстро сломались. Ребята, которых сморила неимоверная усталость, храпели под хрип Армстронга, русские деревянные ложки восклицательными знаками торчали в двухкилограммовых банках икры, непочатые бутылки водки стояли на столах, а в моей душе вдруг возникла какая-то особая, тихая пустота…
Всё позади! Цель достигнута! Но почему же во мне эта пустота, словно я лишился чего-то очень дорогого? Неужели борьба, которая привела нас к победе, дороже  для меня,  чем результат, которого мы достигли? А может быть, то, что происходит сейчас, это всего лишь затишье перед бурей? Вот когда победители проснутся, тогда и разыграется буря, сметая всё со стола, и наведет порядок в моей душе…
Это была последняя, 50-я золотая медаль, которая вывела СССР на первое место в общем олимпийском зачете. А сборная СССР впервые в истории мирового баскетбола стала олимпийским чемпионом.
Это событие советское спортивное руководство отмечало на заключительном банкете в Мюнхене. Настроение, естественно, было прекрасное, и Валентин Сыч решил пошутить. Он подошел к Зое Сергеевне и шепотом сообщил ей, что наши спецслужбы интересуются: как мог какой-то массажист опровергнуть медицинское заключение, подписанное и директором ЦИТО, относительно состояния Юрия Климова?..
В Москве меня вычеркнули из списка представленных к правительственным наградам, вызвали в партком и дали нагоняй за то, что я демонстративно не стал получать премию за Мюнхен в размере 38 рублей.
А в 76-м меня снова послали на Олимпиаду. Понять начальников можно: не каждый же станет задарма ложиться костьми. Но им было невдомек, что я еду не задарма, а, как всегда, за головной болью.

Последнее слово этого заголовка можно читать с разным ударением. Ниже речь пойдёт о двух его значениях. Имеются в виду антидопинговые пробы мочи спортсменов и отсутствие системы психофизиологического восстановления членов сборных команд России, без которой не хватит мочи победить в Сочи.

Цена сотой доли секунды

Почему имею право говорить об этой острой проблеме? Потому что я – профессиональный тренер-массажист, кандидат педагогических наук, лауреат Всесоюзного конкурса научно-исследовательских работ в области спорта, автор монографии «Методика психофизиологической реабилитации ведущих гроссмейстеров СССР». Принимал непосредственное участие в подготовке 107 спортсменов, ставших чемпионами Олимпийских игр, мира и Европы. Кроме того, 20 лет работал с чемпионом мира по шахматам Анатолием Карповым, 10 лет – с чемпионом мира Владимиром Крамником и долго преподавал массаж в зарубежном институте. В общей сложности эти два великих шахматиста 18 лет владели мировой шахматной короной. Не ставлю перед их титулом приставки «экс», потому что за всю историю шахмат было всего 14 чемпионов мира.

Всем любителям спорта известно, что во многих его видах результат олимпийского чемпиона лучше четвёртого – пятого всего лишь на сотую долю секунды. Я не встречал наставника олимпийского чемпиона, серьёзно утверждавшего, что эта сотая секунды подвластна только его тренерскому гению.

Сегодня в теории и методике спортивной тренировки белых пятен нет. Все всё знают. Лучшими тренерами становятся те, кто смог творчески перекроить эти теоретические догмы под индивидуальные психические, физиологические и антропометрические особенности своих учеников.

Современная плотность спортивных результатов доказывает, что все лучшие тренеры могут подготовить спортсмена, способного стать олимпийским чемпионом, если только среди соперников не будет, как я говорю, явного генетического фаворита. То есть обладателя генетических возможностей организма, определяющих необычно высокий потенциал развития главного в избранном виде спорта качества – скорости, выносливости, скоростной выносливости, силы, прыгучести, координации и пр.

В этом случае тренеру большого ума не надо. Но такие качества невозможно реализовать, если нервная система спортсмена психически не надёжна. Психическая надёжность спортсмена формируется годами с помощью классного массажиста-психолога. Без него спортсмен не может выполнить необходимый объём тренировочных нагрузок подготовительного периода с минимальными нервными затратами. Всем специалистам известен феномен, когда спортсмен восстанавливается быстрее, если одна и та же нагрузка выполнена на фоне положительных эмоций. Только где их взять в достатке при современном уровне нагрузок? Не только мышцы спортсмена требуют ухода, но и его нервная система. Иначе тренер его потеряет. Не доводилось встретить статистические данные о молодых талантливых атлетах, которых тренерам не удалось удержать в спорте. Их просто этому не учили. На моей же памяти таких примеров много.

Но спортивный талант, как правило, ленив и терпеть больших нагрузок не хочет. Да и хлопотно за ним нянькой ходить, то из милиции вытаскивай, то из вытрезвителя. Умнеют они поздно, чаще уже в забвении. Проще взять трудолюбивого середнячка с запредельной мотивацией и гонять его каждый день до упора. Если выживет, то станет чемпионом, а нет, так Бог простит. Однако про себя или вслух эти тренеры всю жизнь со вздохом вспоминают: а вот был у меня какой-нибудь Моспанов, так вот лучшему прыгуну мира Брумелю до него прыгать как до Луны. Но этот парень был такой-сякой… Коль природа очень редко дарит человеку талант вместе с трудолюбием, нам пора научиться сохранять талантливых лентяев.

Волшебная форсунка

Так как же унести ноги от этой навязчивой особы – сотой доли секунды? Все ведущие спортсмены мира сами могут перед стартом приводить свою нервную систему в состояние оптимального возбуждения, адекватного поставленной задаче и уровню своей тренированности. Иначе говоря, приоткрыть форсунку, впрыскивающую в кровь естественный допинг организма – адреналин. Эта форсунка открывается по-разному широко в зависимости от силы раздражителя нервной системы. Полностью она открывается только под страхом реальной смерти.

Словом, на старте сильнейшие спортсмены почти всегда равны. Так что же на финише расставляет их по местам? Всегда первым среди равных будет тот, мотивация которого (то есть раздражитель нервной системы) окажется достаточно высокой, чтобы открыть ту самую форсунку чуть больше, чем смогут соперники. Мотивация может быть примитивной, а может быть сложносочинённой. Главное, чтобы она оказалась достаточной для победы. Необходимо глубоко понимать её происхождение, чтобы суметь подобрать единственно подходящий «слоган», который останется в мозгу спортсмена как электронный чип. И, когда ему станет совсем тяжко, сработает как катализатор химической реакции, которая увеличит дозу адреналина.

Практика показала, что сейчас помочь российскому спортсмену в этом может только персональный массажист-психолог. Именно тот, который работает с ним постоянно, которому он доверяет сокровенно личное, чего никогда не доверит своему тренеру. 

«Вездеход» скорой помощи

До сих пор храню удостоверение массажиста советских спортсменов – участников Олимпийских игр 1968 года в Мехико со штампом «МАССАЖИСТ – ПРОХОД ВСЮДУ». Ни на какой другой Олимпиаде такого штампа на удостоверениях массажистов не было. В Мехико он позволил мне выпускать спортсменов на старт, что называется, из рук. Тренеров близко не пускали. Тогда-то и понял свои возможности как зарядного устройства для подопечных. Для каждого, с кем не один год делил каторгу подготовки, я имел лаконичное, но очень для него ёмкое словосочетание. Вмещающее на тот момент самое главное в его личной жизни, ради чего он готовил себя к этому старту.

После предстартового массажа в зависимости от состояния спортсмена я выбирал момент и тон, каким это словосочетание надо было произнести. А также атлета коснуться. Коснуться обязательно. Он меня в такой момент не видит (он уже там – на дистанции), но по касанию и голосу чувствует моё состояние. Если оно на одной с ним волне, спортсмен поверит, что готов сейчас стать первым. Если сфальшивлю, чип может не сработать. Понятно, что это были слова не из серии «За родину, за Сталина!» и «Позади Москва!». Они в спорте никогда не работали. Кто утверждает обратное, знает, что спортсмены говорят. А я знаю, что они думают. Когда уже нечем дышать, хромает координация и мутнеет зрение, не лозунги ведут ребят к победе. Каждого ведёт свой личный автопилот. Это я от них точно знаю. Они мне не врут. Они мне верят.

Профессия, которой нет

Может быть, читатель обратил внимание на то, что была названа профессия, которой не существует. Да, профессии «массажист-психолог» не существует. Пока не существует, как не существовало до 1967 года профессии тренера-массажиста. В нашей стране спортивных психологов до сих пор не готовили. Восемь лет мы с доктором наук, профессором Альбертом Вячеславовичем Родионовым надоедали спортивным чиновникам с идеей подготовки спортивных психологов в Российском государственном университете физической культуры (РГУФК). Сейчас готовится к выпуску первая группа специалистов этой профессии. Вернее, специалистами они станут, когда поработают 2-3 года с клубными и сборными командами страны.

Заведующие кафедрой спортивной психологии и кафедрой ЛФК и массажа РГУФК понимают необходимость обучения будущих спортивных психологов массажу на профессиональном уровне. Но, чтобы получить решение спортивных чиновников на выделение для этого денег и, если повезёт, даже получить их, потребуется ещё лет восемь. Ведь даже попасть на приём к боссам проблема. У них всегда есть более важные дела. Но всё равно. Пусть не при нынешнем составе спортивного руководства страны, так при очередном появятся у лучших спортсменов России дипломированные специалисты с профессией «массажист-психолог с высшим физкультурным образованием» или «тренер-психолог с профессиональным владением спортивным массажем».

Не важно – сумма не меняется. Но они должны владеть именно суммой знаний и умений тренера, психолога и массажиста. Такие люди появятся. После Лондона и Сочи, когда до кого-нибудь дойдёт, наконец, что без классных массажистов-психологов в трудоёмких видах спорта золотых медалей не бывает. Что в сборных командах России этих специалистов не может быть уже потому, что они, работая по 3–4 часа в день, зарабатывают 5–8 тысяч евро в месяц. Спортивное руководство России не хочет замечать, что лучшие спортсмены мира давно приезжают на Олимпийские игры с личными массажистами и увозят вязанки золотых медалей.

Человечество до сих пор не придумало лучшего средства восстановления физических и душевных сил, чем сон и массаж, без которого часто не заснуть. Классные массажисты массируют тех, кто достойно платит. Кто не платит за массаж, тот платит за допинг, что круче адреналина. Форсунку-то открыть надо. Такова реальность, господа чиновники. И не прячьте голову в песок…

 За два года до олимпийских игр 1964г. в г. Токио предшественник олимпийского комитета СССР поручил кафедре ЛФК и массажа московского института физкультуры подготовить 12 профессиональных массажистов с высшим физкультурным образованием для олимпийских команд СССР. 62 студента хотели попасть в число 12-ти.

Основатель советской школы массажа Иван Михайлович Саркизов-Серазини возглавлявший кафедру предупредил претендентов, что он вынужден будет отобрать только 16 основных студентов (4 запасных), которые продолжат двухгодичное обучение с длительной практикой в сборных командах СССР по разным видам спорта.

Очевидно, чтобы каждый студент старательно занимался с первого дня он заявил: «Если попавший в число 12-ти студент будет постоянно совершенствовать своё профессиональное мастерство, он всегда будет иметь кусок хлеба (и выдержав паузу, внимательно наблюдая за реакцией слушателей добавил:) и вагон масла».

В аудитории воцарилась секундная тишина и зашуршала волна недоверия, а взгляд Ивана Михайловича быстро и долго скользил по лицам студентов. Тогда я подумал, что он провёл первый психологический тест по отбору кандидатов.

   Мне и ещё троим из 12 выпускников этого двухгодичного курса массажистов через много лет удалось убедиться в правомерности этого утверждения Ивана Михайловича, и поэтому я имею право передать его своим ученикам.  

   В 1982 году я подписал трёхгодичный контракт с «институтом науки и технологии спорта Алжира» согласно которому я преподавал его студентам спортивный массаж в качестве старшего преподавателя кафедры  «лечебной гимнастики и восстановления» с зарплатой 3000 долларов США в месяц.

В Алжире государственный язык французский в котором я знал полтора слова. Ещё в Москве меня предупредили, что алжирцы дадут мне переводчика только на лекционный курс, а практические занятия веди по принципу «смотри и делай как я». 

   По этой причине перед отъездом в Алжир я снял учебный фильм по классическому массажу, где я представлен в роли массажиста. Этот фильм успешно прошёл  трёхгодичную проверку на эффективность в Алжире. Поэтому я и предлагаю его в качестве онлайн самоучителя, где я учу новичков профессиональной технике выполнения всех приёмов классического массажа. Общеизвестно, что он является основой всех видов массажа.

   Качество и длительность онлайн обучения массажу зависит от количества практических повторений новичком

 каждого приёма сразу после его просмотра на видео. Мой фильм позволяет делать это неограниченное количество раз и предлагает самый эффективный алгоритм онлайн обучения классическому массажу профессионального уровня. Я имею ввиду показанную мной технику приёмов массажа с комментариями биомеханики их выполнения. 

   Некоторые из них придуманы мной и потому их нет в книгах по массажу. Из всего наукообразия этих книг новичок должен строго выполнять следующие пять условий обеспечивающих максимальную эффективность сеанса любого вида массажа:

   1. Очерёдность массируемых частей тела пациента; 2. Очерёдность приёмов массажа выполняемых на этих частях тела пациента; 3. Направление всех выполняемых приёмов массажа от периферии к подколенным, паховым и подмышечным лимфатическим узлам тела пациента; 4. Положение тела массажиста относительно к положению массируемой части тела пациента; 5. Положение массируемой части тела пациента относительно к оси его позвоночника. 

Этого достаточно для массажа родным и близким, но если новичок хочет зарабатывать массажем на семью, то ему осталось прочитать учебники для медицинских вузов по анатомии, физиологии, психологии и купить книги по мануальной терапии, сегментарному, периостальному и точечному массажам. Отдельно надо иметь анатомический атлас мышц и костей человека (желательно с их послойными изображениями).

   И ещё несколько советов которых вы не найдёте в книгах по массажу. Новичок должен помнить, что его паховая область и стопы во время массажа находятся в прямом смысле слова под носом пациента, который «смотрит» в пол из отверстия в кушетке и «решает» приходить ли к вам на второй сеанс или нет. Поэтому каждый рабочий день на вас должно быть чистое бельё, чистые носки и чистые помыслы.

Мужчины и женщины не должны пользоваться духами и дезодорантами. Запах их лучших образцов вместе с запахом вашего пота неизбежно вызовет у пациента отвращение. Массажисту дозволено пахнуть только своим выстиранным без ароматизаторов халатом, а массажной комнате чистотой. Иначе он потеряет пациентов. В массажном кабинете не должно быть благовоний и посторонних звуков. Желательно, чтобы очень тихо без высоких нот звучала «космическая музыка для сна». Так она называется на сайтах «relax music». 

Простыни на кушетке должны быть разовыми. Ногти массажиста -коротко стриженными и шлифованными. Массажист и пациент не должны разговаривать во время сеанса. Допустим только обмен репликами  относительно ощущений от приёмов массажа. Массажист должен научить пациента весь сеанс прислушиваться к этим его ощущениям и не думать больше ни о чём. Разумеется, сам массажист должен «слушать» свои пальцы как датчики появления новообразований в тканях тела пациента и его болезненных реакций.

Так разные ощущения обоих одномоментно соединятся на одном их источнике, и от умений массажиста будет зависеть эффект обмена этими ощущениями. Для этого он должен уметь одинаково технично массировать обеими руками с закрытыми глазами, то есть без зрительного контроля. Если массажист в конкретном сеансе классического массажа понимает где и какой приём из других видов массажа необходимо добавить и умеет это грамотно делать, то он профессионал.

Но высокопрофессиональных массажистов в мире не готовят, Они делают себя сами. Лучшие из них могут стать энергетическими донорами своих многолетних пациентов работа которых требует очень больших нервных затрат и делает их энергетическими вампирами. Ни олигархи, ни воры в законе на таких массажистов денег не жалеют и решают все их насущные проблемы. Такие профи не работают до пенсии. На свою старость они зарабатывают до 50 лет и пенсия их не интересует. 

       Уважаемые господа, этот фильм я снимал 43 года назад за два дня до отъезда в Алжир в критическом цейтноте. 

Поэтому прошу простить все его недостатки, так как они не помешают вам видеть и понимать всё, что я показываю и комментирую для вас. 

Спасибо, что заглянули на мой сайт. Вам будет интересно.